Президент Башшар Аль-Асад дал интервью чешской газете «Литерарны новины»

pizap.com14213294344981

15 января 15

В интервью чешской газете «Литерарны новины» президент Башшар Аль-Асад заявил, что Сирия выступает против убийства невинных людей в любой точке мира. Он подтвердил, что недавние события во Франции доказали недальновидность западной политики и правоту утверждений о недопустимости поддержки и политического прикрытия терроризма, поскольку это негативно влияет на сами западные страны и их народы.

Ниже приводится полный текст интервью:

Вопрос 1: Господин Президент, я бы хотел вернуться менее чем на 10 лет назад, когда Сирия строила свои отношений с Западом, осуществляла реформы, предложенные Всемирным банком, когда г-н Джон Керри обращался к Вам «дорогой друг». Затем, в одночасье, все изменилось, и теперь Вас называют диктатором, как Гитлера. Что вы думаете по этому поводу, и как можете объяснить такие радикальные изменения?

Президент Аль-Асад:

На самом деле, не изменились ни я, ни наша политика, ни наши ценности или принципы. Проблема заключается в Западе, и это — не новая проблема, она связана с независимостью нашей страны. На самом деле, проблема Запада — не только с Сирией, но и со многими другими странами.

Я уже упоминал о наших отношениях с Западом в период с 2008 по 2010 гг., это были хорошие отношения, но они не были основаны на взаимном уважении. Например, Франция нуждалась в Сирии, чтобы участвовать в решении иранской ядерной проблемы. Нам была отведена роль — убедить Иран предпринять шаги, противоречащие его собственным интересам, и он отказался.

Запад хотел, чтобы мы заняли позицию против сил сопротивления оккупации Израиля, его агрессии против палестинского народа и соседних стран. Мы также отказались.

Запад хотел, чтобы мы подписали противоречащее нашим интересам соглашение о партнерстве с ЕС, предусматривающее полное открытие нашего рынка для их продукции в обмен на небольшую долю их рынка для наших товаров. Мы отказались, потому что это противоречит интересам сирийского народа. Это только несколько примеров таких отношений.

То же самое происходит сейчас с Россией. Двадцать лет назад Россия была близким другом Запада и вдруг стала враждебной ему страной — Запад занялся демонизацией президента Путина. Подобная пропагандистская кампания проводится и в отношении Сирии.

Таким образом, проблема заключается в независимости наших стран. Суть проблемы с Западом состоит в том, что он хочет иметь управляемые, марионеточные государства, а отнюдь не занят поддержкой демократии и свободы в странах этого региона.

Ярким примером этого является произошедшее в Ливии и убийства, продолжающиеся при поддержке Запада в Сирии.

Мы всегда готовы к партнерству с любой страной, по-настоящему стремящейся побороть терроризм

Вопрос 2: Но в то время когда Соединенные Штаты начали так называемую «борьбу с терроризмом», Сирия помогала ЦРУ в программе расследований. Почему Вы присоединились к этой программе?

Президент Аль-Асад:

Вы имеете в виду до кризиса?

Журналистка: Да.

Президент Аль-Асад:

Мы страдаем от экстремизма уже более пяти десятилетий. Терроризм вопиющей формы появился в Сирии в 70-е годы ХХ века, с тех пор мы призывали к международному сотрудничеству в борьбе с ним. В то время, однако, никто не прислушался к нам, на Западе тогда еще не сталкивались с этой проблемой.

Мы всегда были готовы помочь и сотрудничать с любой страной, борющейся с терроризмом. По этой причине мы помогали американцам и всем, кто на самом деле воюет с терроризмом. И мы не изменили и не изменим нашу позицию по этому вопросу, как до, так во время кризиса или после его окончания.

Запад не может понять, как справиться с этой проблемой. Они думали, что борьба с терроризмом – это компьютерная игра, но это не так. Нужно бороться с терроризмом в области культуры, экономики и в других различных сферах.

Западные политики – недальновидные и недалекие, события, произошедшие недавно во Франции, доказывают нашу правоту

Вопрос 3: Касаясь проблемы терроризма, как Вы можете прокомментировать недавние события во Франции?

Президент Аль-Асад:

Когда дело доходит до убийства гражданских лиц, независимо от их политических убеждений, разделяем мы их или нет, — это терроризм. Мы против убийства невинных людей в любой точке мира. Это наш принцип. Мы, как никто другой, переживаем эту проблему, потому что тысячи невинных людей уже четыре года страдают от такого рода терроризма в Сирии. Поэтому мы выражаем сочувствие семьям погибших. Но, в то же время, мы хотим напомнить многим на Западе, что мы предупреждали о последствиях этого с начала сирийского кризиса. Мы всегда говорили: недопустима поддержка терроризма и его политическое прикрытие, потому что он обернется против ваших стран и народов.

Запад к нам не прислушался из-за недальновидности и недалекости его политиков. Произошедшее во Франции несколько дней назад, доказывает — то, о чем мы предупреждали, — правда, это — следствие европейской политики. Поэтому ЕС несет ответственность за произошедшее недавно в нашем регионе, во Франции, а возможно — и за ранее произошедшее в других европейских странах.

Для борьбы с терроризмом нужна не армия, но эффективная политика и обмен информацией между странами

Вопрос 4: Какой, по Вашему мнению, наиболее эффективный метод борьбы с терроризмом?

Президент Аль-Асад:

Мы должны различать борьбу с террористами и борьбу с терроризмом. Если мы говорим о настоящем моменте, то необходимо бороться с террористами, потому что они убивают невинных людей, которых мы должны защитить. Это наиболее важно и актуально на данный момент.

Но если мы говорим о борьбе с терроризмом, то тут нужна не армия, а эффективная политика. Нужно бороться с воинствующим невежеством путем развития культуры, нужно построить сильную экономику для борьбы с бедностью и обмениваться информацией со всеми странами по вопросам борьбы с терроризмом.

Проблема не решается так, как это было в Афганистане, я имею в виду то, что произошло в Афганистане в 2001 году. Я разговаривал с группой американских конгрессменов, посетивших Дамаск в тот период, которые оправдывали вторжение в Афганистан возмездием за то, что произошло в Нью-Йорке в 2001 г. Я им сказал, что этот вопрос так не решается, потому что борьба с терроризмом – это как лечение рака. Раковая опухоль не лечится одним надрезом или удалением одной части, ее надо вырезать полностью. То, что произошло в Афганистане, было только вскрытием раковой опухоли, и в итоге она лишь быстрее распространилась. Как я уже сказал, акцент должен быть сделан на эффективной политике, сильной экономике и культуре.

Журналистка: Итак, Вы говорили это европейским политикам, но они к Вам не прислушались…

Президент Аль-Асад:

Верно. Однако все же происходят медленные и незначительные изменения политики Евросоюза, ведь некоторые европейские чиновники заявили, что политика ЕС была неверной.

Вопрос 5: Как Вы думаете, изменилась ли политика Европейского Союза или его членов в отношении Сирии за последний год?

Президент Аль-Асад:

Происходят медленные и незначительные изменения, но их не признают открыто. Европейские политики не могут открыто признать, что были неправы, поскольку слишком далеко зашли в демонизации Сирии, ее президента, армии и всего остального.

Разве они могут признать, что были неправы, после обработки общественного мнения в течение четырех лет? Они не могут этого сделать. Таким образом, они говорят, что признают существование терроризма в нашем регионе, добавляя, что причина произошедшего — это президент. Ничего кроме этого они не признают.

Однако есть какие-то изменения, и мы контактируем с некоторыми должностными лицами на различных уровнях, не афишируя эти контакты. Мы не упоминаем имена людей или страны. Эти официальные лица заявляют, что политика ЕС была ошибочной, и хотят исправить эту ошибку. У нас нет проблем с этим. Проблема заключается не в любви или ненависти, а в интересах государств. Но я не думаю, что это приведет к быстрым изменениям, потому что мы не наблюдаем каких-либо серьезных усилий со стороны европейских стран.

Вопрос 6: Есть ли у Вас особый взгляд на внешнюю политику Чешской Республики в отношении Сирии?

Президент Аль-Асад:

Если мы посмотрим на Европейский Союз в целом, то увидим, что позиции не всех его стран совпадают. Чехия и Румыния принадлежат к странам, которые сохранили свои отношения с Сирией в этом кризисе. Это важно, хотя и не означает, что они полностью поддерживают наше правительство или согласны с нами по всем вопросам.

Но поскольку эти отношения сохранились, данные страны лучше понимают то, что происходит у нас. Таким образом, я могу сказать, что наши отношения с Чешской Республикой не были очень хорошими до событий, но в период кризиса выяснилось, что Чехия имеет более ясное понимание происходящего в Сирии, чем другие. Главная причина состоит в том, что, поддерживая эти отношения, Чехия смогла анализировать события, то, что на самом деле происходит, и, таким образом, стать более объективной, чем другие европейские страны.

Сирийский народ поддерживает своего президента

Вопрос 7: Вы говорили о демонизации Сирии и ее президента. Хотелось бы услышать Ваши комментарии к этим обвинениям. Например, до сих пор нет единого мнения о том, является ли отказ президента уйти в отставку единственной причиной продолжающейся войны в Сирии. Что Вы об этом думаете?

Президент Аль-Асад:

Не может президент страны в такой критический для нее период уже 4 года находиться у власти без поддержки общественного мнения и своего народа. Тем более что Сирия подвергается агрессии со стороны Соединенных Штатов, большинства европейских держав и многих стран региона — Турции, Иордании, некоторых партий в Ливане и режимов Арабского залива.

Как бы мы могли выжить без поддержки сирийского народа? А если сирийский народ поддерживает своего президента, означает ли это, что он поддерживает его для продолжения убийств и террора?

Это было бы нелогично. Данное заключение уличало бы сирийский народ в отсутствии связи с действительностью. На самом деле, сирийцы поддерживают президента, потому что знают, что события в Сирии начались из-за денег, вложенных Катаром в поддержку антиправительственных демонстраций и антисирийской пропаганды, а затем — денег Катара, Саудовской Аравии и Турции, потраченных на материально-техническую и логистическую поддержку террористов, на налаживание каналов их переброски в Сирию. К этому также причастны Иордания и некоторые партии в Ливане.

Это реальность. То, что произошло в Сирии, никак не связано с президентом или его отставкой. Еще один вопрос: какова связь между наличием террористов ИГИЛ и «Аль-Каиды» в Сирии и властью президента? Можем ли мы сказать, что причиной событий 11 сентября в Нью-Йорке было президентство Буша? Если бы он не был президентом, произошли бы события 11 сентября, или нет? Утверждать это было бы нелогично. На Западе это знают, но настаивают на лжи по тем же причинам, о которых я уже упоминал ранее: они не осмеливаются признать, что ошибались, что неправильно оценивали ситуацию в Сирии, что, прислушавшись к невежественным политикам Катара и Саудовской Аравии, обменяли свои ценности на нефтедоллары, что пошли на поводу у этих двух стран. Это — реальная причина того, что произошло в Сирии, а не отставка или продолжение полномочий президента.

Вопрос 8: Существует убеждение, широко тиражируемое в Чехии, что вы ответственны за массовые убийства сирийского народа. Что Вы об этом думаете?

Президент Аль-Асад:

Ответ тот же. Как президент, уничтожающий своих граждан, и, следовательно, против которого настроен весь его народ и весь мир, может оставаться у власти? Какая сила, в этом случае, может сохранить власть президента? Ответ тот же. Это не имеет ничего общего с реальностью. Как я уже говорил, вопрос не заключается в отставке. Мы защищаем свой народ. Меня поддерживает сирийский народ, потому что я защищаю эту страну. Не может удержаться на своем посту глава государства, убивающий собственных граждан и в то же время борющийся с террористами и всем миром. Он не может выжить, это нереально.

Мы боремся с ИГИЛ, «Джебхат Ан-Нусрой» и другими террористическими организациями

Вопрос 9: Последнее обвинение против Вас – в том, что Вы якобы являетесь партнером ИГИЛ, так как Сирийская армия не воюет против нее, а эта террористическая организация не воюет против армии.

Президент Аль-Асад:

Это означало бы, что я поддерживаю ИГИЛ в том, что она убывает наших солдат и захватывает наши военные базы. Как это? В этом есть явное противоречие. На Западе некоторые говорят, что мы, дескать, имеем выгоду от американских ударов по ИГИЛ. Но если мы поддерживаем ИГИЛ, то какая нам польза от ударов США? А если нам выгодны американские удары, то мы – против ИГИЛ. Я вновь утверждаю, что мы боремся со всеми видами террористических организаций, будь то ИГИЛ, «Джебхат Ан-Нусра» или другие. Не существует ни одного доказательства того, что мы поддерживаем ИГИЛ, у нас нет для этого не единой причины.

Ваххабитская трактовка ислама весьма экстремистская и далека от его истинной сути. Ваххабизм — база терроризма в регионе

Вопрос 10: Что касается ИГИЛ, по крайней мере, с европейской точки зрения, радикальный ислам набирает силу в регионе, и он будет распространяться все больше и больше. Как Вы думаете, исчезнет ли это явление в течение ближайших десяти лет?

Президент Аль-Асад:

Мы как умеренные мусульмане не считаем исламом экстремистский ислам. Ни в одной религии, будь то ислам, христианство или иудаизм, не существует никакого экстремизма. Все религии умеренные, а экстремизм – это ересь. Если мы хотим использовать термин «радикальный ислам» в таком аспекте, то, я думаю, это правильный термин, потому что радикальный ислам был «привит» народам региона в течение последних десятилетий под влиянием саудовских денег и путем распространения ваххабитской интерпретации ислама, которая является крайне экстремистской и очень искажает истинный ислам, создавая базу терроризма в регионе. Таким образом, пока продолжается денежный поток в этом направлении, террор будет распространяться не только в нашем регионе, но и в Европе, через религиозные школы, телеканалы и т.д. Свидетельство тому — случившееся недавно во Франции. Я имею в виду, что теракт в Париже возник не из вакуума, не потому, что некоторые люди хотели отомстить за публикации карикатур на Пророка Мухаммада. По сути дела, это естественный результат средневековой экстремисткой идеологии, которая зародилась в Саудовской Аравии. Итак, нет никаких причин надеяться, что в ближайшем будущем эта идеология ослабнет, если мир не остановит поток денег в ошибочном направлении в поддержку этой экстремистской идеологии, которая приводит к такому террору.

Наиболее важным для экономики является восстановление страны

Вопрос 11: В прошлом году Вы говорили, что скоро основные боевые действия закончатся, и начнется процесс восстановления страны. Как Вы думаете — это высказывание еще в силе?

Президент Аль-Асад:

На самом деле, когда идёт война в любой стране, то наиболее важной задачей для экономики является восстановление страны. Мы начали разрабатывать планы, чтобы приступить к процессу восстановления, это касается не только инфраструктуры, но и граждан.

Сирийский народ не захочет, чтобы в этом участвовали компании из враждебных стран, которые несут прямую или косвенную ответственность за кровопролитие.

Журналистка: Я говорю о восстановлении, потому что многие страны поддерживают войну против Сирии. Но как только начнется этот процесс, они захотят участвовать в нем, чтобы извлечь прибыль, а сегодня они же участвуют в её разрушении. Какие страны, по Вашему мнению, должны присоединиться к усилиям по восстановлению Сирии?

Президент Аль-Асад:

Конечно, у нас на этот счет есть планы, мы начали их реализацию в районах, где произошли локальные замирения, и жизнь вошла в нормальное русло. Этот долгосрочный план охватит различные районы Сирии, разрушенные террором. Что касается стран, которые будут участвовать в восстановлении, к этому мы будем относиться избирательно. Я не думаю, что народ согласится на участие в этом какой-либо компании из враждебной Сирии страны, которая участвовала в пролитии сирийской крови. Но поскольку Вы — чешская журналистка, то могу сказать, что Чехия — одна из тех стран, которые будут участвовать в этом процессе, так как она была объективной более, чем остальные европейские страны, несмотря на давление на её правительство и ответственных лиц с целью разрыва отношений с САР. Потому мы должны выразить нашу признательность за такую позицию. Я могу сказать, что для сотрудничества в сфере экономики двери будут открыты.

В Сирии будет продолжен процесс примирения

Журналистка: Я рада слышать это, но не могу представить после четырех лет войны возможность примирения в Сирии. Я думаю, что это очень сложный процесс — преодоления вражды, которая длится в течение всего этого периода. Можете ли Вы рассказать об усилиях, предпринимаемых в этом направлении?

Президент Аль-Асад:

Хорошо, что Вы задали такой вопрос в то время когда во многих районах Сирии усилия по примирению увенчались успехом. Мы не говорим о чем-то нереальном, это произошло на самом деле. Вначале мы сами задавались этим вопросом: могут ли люди забыть вражду и пролитую кровь? В начале это было непросто, нелегко, особенно когда это происходило с различными группировками. Некоторые из них – экстремистские, отвергающие примирение, такие как «Джебхат Ан-Нусра» и ИГИЛ, и им на самом деле удалось провалить эти попытки. А в других районах большинство группировок настаивало на примирении, и здесь удалось достичь успехов. Они смогли вывести из своих районов те группировки, которые им противостояли. И если мы хотим говорить о реалиях, то люди, которые воевали друг против друга, на стороне правительства или против него, смогли вернуться к нормальной жизни и восстановить отношения между собой, так как до кризиса они были соседями и друзьями. Действительно, усилия по примирению удались в большинстве районов, потому что люди, учас
твовавшие в этом, осознали, что до примирения двигались в ошибочном направлении. Они были инструментами за деньги, которые лились из Катара и Саудовской Аравии, и в интересах консервативной идеологии «Мусульманских братьев» Эрдогана. Они осознали, что нанесли вред своей стране, поэтому смогли встать на правильный путь, и в этом заключается успех. Мой ответ: процесс удался, и двери открыты более чем когда-либо для дальнейшего примирения, к которому со временем будет присоединяться все большее число сирийцев. Большинство из них осознает, что нельзя больше двигаться в этом направлении, так как можно полностью разрушить наше общество и государство.

Мы поедем в Россию не для того, чтобы начать диалог, а для того, чтобы обсудить его основы

Вопрос 12: Может быть, один из процессов примирения пройдет в конце января в Москве, где Ваше правительство встретится с некоторыми представителями оппозиции. Вы ожидаете каких-либо конкретных результатов от этого диалога? И каково Ваше мнение об этой российской инициативе?

Президент Аль-Асад:

На мой взгляд, позиция России — это поддержка Сирии в её борьбе против террора, и это очень важно. В то же время она открывает дверь политическому разрешению кризиса. Наша позиция совпадает с этой позицией, потому что мы не желаем потерять ни один политический шанс и стремимся к этому. Если нам это удастся — хорошо, а не удастся — мы ничего не потеряем. Мы поедем в Россию не для того, чтобы начать диалог, а чтобы встретиться с различными личностями для обсуждения его основ, таких как единство Сирии, борьба с террористическими организациями, поддержка армии и т.п. А по поводу того, что мы ожидаем от этой встречи, то мы должны быть реалистами, так как имеем дело с людьми. Когда мы говорим «оппозиция», мы не говорим о людях, которые чему-то противостоят, любой человек может противостоять чему-либо. Политическая оппозиция – это партии или какие-то организации, которые имеют своих представителей в органах местного самоуправления, в парламенте, могут влиять на граждан своей страны и работать для её блага, а не в интересах иностранных кругов. Я думаю, это глобальные понятия. Мы говорим о различных личностях: некоторые из них патриоты, другие не имеют никакого влияния и не представляют хотя бы части сирийского народа, третьи — марионетки в руках Саудовской Аравии, Катара, Франции и США и, таким образом, не работают на благо своей страны. Есть и другие личности, которые являются носителями экстремистских идей. Исходя из этого, нельзя предугадать успех или провал данной инициативы. Но, несмотря на это, мы поддерживаем российскую инициативу и думаем, что должны поехать как правительство, чтобы услышать, что они говорят. Если у них есть полезные предложения, отвечающие благу страны, то мы пойдем дальше, а если у них этого нет, то мы не будем иметь с ними отношений.

Решение должно исходить из самой Сирии. США проводит «косметические операции» против ИГИЛ

Вопрос 13: По сообщениям СМИ, россияне координируют этот процесс с США, и кажется, что, может быть, впервые по сирийскому вопросу две сверхдержавы смогут найти общую платформу. Может ли это стать началом конца войны в Сирии?

Президент Аль-Асад: Вы имеете в виду, когда они найдут общую платформу?

Журналистка: Да, если они смогут договориться, то это будет положительным моментом.

Президент Аль-Асад:

Любое хорошее отношение между Россией и Западом, в первую очередь США, положительно отразится на регионе, особенно на данном этапе и в отношении Сирии. Но хочу сказать, что решение должно исходить из Сирии.

Во-вторых, если говорить о международных отношениях и их влиянии, то они должны быть серьезными. Когда мы говорим об общей платформе, то какова ее сущность? Насколько серьезно США ведут борьбу против ИГИЛ? Все, что они делают, — это «косметические операции», а россияне решительно настроены на борьбу против террора. США серьезно желают влиять на Турцию, Катар и Саудовскую Аравию, которые являются не союзниками, а инструментами в их руках. В какой степени Соединенные Штаты будут оказывать влияние на них, чтобы пресечь поток денег, оружия и террористов в Сирию? Если не будет ответа на эти вопросы, то невозможно выработать общую платформу. США стремятся, в конечном счете, использовать Россию против Сирии, они хотят, чтобы Россия оказала на нее давление. Если не ответить на эти вопросы, невозможно найти общую платформу. Американцы не пытаются договориться по вопросу борьбы с террором, разрешить сирийскому народу самому определить свою судьбу и уважать суверенитет всех государств, в том числе Сирии. Пока мы не види
м эту совместную платформу. Россияне стремятся этого достичь, но я не думаю, что американцы будут реагировать позитивно на эти усилия.

Журналистка: Спасибо большое. Дай Бог, этот год будет лучшим для Сирии.

С полной версией статьи на чешском языке вы можете ознакомиться здесь.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s